bohemicus (bohemicus) wrote,
bohemicus
bohemicus

Categories:

Ревень и революция

  Намедни исполнилось 25 лет с того дня, как я перебрался из нашего богоспасаемого отечества в благословенную Богемию. Разумеется, я отпраздновал годовщину собственной богемизации в хорошем пражском ресторане, так что мне следовало бы посвятить эту запись своим кулинарным приключениям и озаглавить её "Обед в масках у Вифлеемской часовни", xотя бы для поддержания традиций журнала (пять лет назад в этот день я написал пост "Ужин с молитвой на Мальтийской площади" и совершенно точно знаю, что содержащиеся в нём рекомендации оказались небесполезны для некоторых читателей "Богемских манускриптов"). Увы, на этот раз у меня есть определённые сомнения, что сейчас подходящеe время для подробного описания судака со спаржей и торта "Павлова" с ревенем, ибо читающая публика слишком увлечена актуальными темами этого сезона - моровым поветрием, карантинным невольничеством и заокеанским расизмом (как белым, так и чёрным - смотря кого какой беспокоит). Один из читателей даже попросил меня написать о расовых бунтах, как о последствии слияния рас (удивительная формулировка; мне всегда казалось, что от расового слияния бывают метисы, мулаты и даже самбо, но не бунты).

   Лично мне замена в рецепте "Павловой" клубники на ревень кажется куда более интересной, чем эпидемиологическая и расовая проблематика вместе взятые, не говоря уже об очередной мировой революции (счёт им давно потерян), но приходится считаться с настроениями гостей журнала (хорошо ещё, что никто не спрашивает меня про обнуление Путина или про автомобильную аварию, которую устроил в Москве этот пьянчужка, сын актёра Олега Ефремова). Поэтому некое подобие ресторанной критики в данном посте будет всего лишь фоном, на котором пойдёт разговор о вещах, считающихся в данный момент важными и заслуживающими внимания... или эпохальные вирусно-расовые события будут всего лишь фоном для ресторанной критики? В общем, придётся как-то совместить приятное с общественно полезным, и я ещё сам не знаю, что из этого получится. Скорее всего - то же самое, что и всегда. В конце концов, я не раз и не два говорил, что мой взгляд на жизнь - это взгляд из окна пражского кафе. На сей раз мой наблюдательный пункт оказался дислоцирован в заведении респектабельном, консервативном и в высшей степени буржуазном - в ресторане "V zátiší", расположенном в пражском Старом Месте по адресу улица Лилиова, дом 1.

                                               

                                                                                         Ресторан "V zátiší", вид со стороны Вифлеемской площади


   Ресторан "В затишьи" вы найдёте на пересечении Лилиовой и Напрcтковой улиц, в угловом здании, выходящем на Бетлемскую (т.е. Вифлеемскую) площадь. Обнаружить его довольно легко: ориентиром вам послужит Вифлеемская часовня (Betlémská kaple). С какой бы стороны вы ни двигались - от Вацлавской площади, от Староместской площади, от Карлова Моста - вам везде будут попадаться ведущие к часовне указатели. Cоседство с Вифлеемской часовней служит объяснением причин, по которым один из залов ресторана "В затишьи" называется "Вифлеем". Всего в этом заведении четыре зала, так что мы сможем переходить от темы к теме, виртуально перемещаясь из одного зала в другой. В "Вифлееме" и начнём. Это самый большой из имеющихся в нашем распоряжении залов, и здесь мы обсудим самую глобальную из модных тем сезона - коронный вирус.

   Кстати, так называемая пандемия некоторым образом повлияла на мой выбор ресторана для сегодняшнего торжества. Вполне возможно, я отправился бы в "Art Nouveau" в Мyниципальном доме или в "Como" в гостинице "Ялта", но эти рестораны ещё не открылись по окончании карантина. В Праге пока нет иностранных туристов, и многие рестораторы считают, что в такой ситуации работать бессмысленно. А другие, работающие в самом центре города, после открытия снизили цены в два, а то и в три раза. На Староместской площади сейчас можно пообедать буквально за 150 крон, словно время вернулось на 15-20 лет назад. Однако "В затишьи" не относится к ориентированным на среднестатистического туриста пивным, подающим гуляш и свиное колено. Oн пользуется достаточной популярностью у состоятельных пражан, чтобы и при полном отсутствии иностранцев функционировать в нормальном режиме. Кстати, название "V zátiší" можно перевести и как "В натюрморте". Трудно представить себе место, более подходящее для человека с моим вкусом и с моим юзерпиком.


                                             

                                                                                                     Зал "Вифлеем" в ресторане "V zátiší"

     Примерно с конца марта до середины мая правые публицисты в большинстве своём писали, что эпидемия COVID-19 в сущности фиктивна, а если и не полностью фиктивна, то невероятно раздута по политическим мотивам, что под предлогом борьбы с пандемией происходит беспрецедентное обрушение мировой экономики на фоне дичайшего ограничения прав граждан почти во всех странах, что карантин является не то разновидностью цифрового концлагеря, не то актом, заменяющим боевые действия в условиях, когда прямое военное столкновение между великими державами невозможно, и т.д. и т.п. Левых я обычно не читаю, но если мне на глаза вдруг попадался текст, родившийся в их среде, там неизменно утверждалось нечто прямо противоположное: что коронавирус представляет собой чудовищную опасность, что меры по борьбе с ним явно недостаточны, что нарушителей карантина следует карать жесточaйшим образом (я своими глазами видел призывы к избиениям, к тюремному заключению, к расстрелам - к чему угодно). К тому же мне было известно, что западные левые интеллектуалы по своему обыкновению объявили об очередном конце капитализма и о грядущем построении нового справедливого мира на обломках разрушенного коронавирусом старого. У меня появились опасения, что у нас возник новый глобальный повод для вышибания друг другу мозгов, и я попытался подтвердить либо развеять их. Разрешите выразить признательность всем, кто откликнулся на пост Корона и политика: опрос. С момента его публикации прошло шесть недель, и на сегодняшний день в опросе приняли участие 960 человек. Их ответы распределились следующим образом:

  • Придерживаюсь правых взглядов, считаю опасность COVID-19 сильно преувеличенной, а меры по борьбе с ней избыточными и нелепыми - 449 (46.8%)

  • Придерживаюсь правых взглядов, считаю опасность COVID-19 очень серьёзной, а меры по борьбы с ней адекватными или даже недостаточными - 153 (15.9%)

  • Придерживаюсь левых взглядов, считаю опасность COVID-19 сильно преувеличенной, а меры по борьбе с ней избыточными и нелепыми - 129 (13.4%)

  • Придерживаюсь левых взглядов, считаю опасность COVID-19 очень серьёзной, а меры по борьбы с ней адекватными или даже недостаточными - 63 (6.6%)

  • Придерживаюсь иных взглядов и имею иное мнение о COVID-19 и мерах по борьбе с ним - 166 (17.3%)

Признаюсь, меня очень обрадовал этот результат. Выяснилось, что отношение людей к проблеме коронавируса зависит от их политических воззрений в гораздо меньшей мере, чем следовало из публикаций в прессе. Среди читателей "Богемских манускриптов", придерживающихся правых и левых взглядов, соотношение коронаскептиков и коронафобов оказалось если и не одинаковым, то вполне сопоставимым - примерно 3:1 среди правых и 2:1 среди левых. Осмелюсь предположить, сейчас аналогичный опрос показал бы ещё больший перевес коронаскептиков хоть среди правых, хоть среди левых, хоть среди центристов, потому что где-то с середины мая карантинные меры сворачиваются по всему миру так же стремительно, как были развёрнуты. Графики заболеваемости ещё шли вверх, когда было объявлено, что карантин оказался невероятно эффективен и спас миллионы жизней, а потому больше не нужен. Пока остаётся нерешённой проблема второй волны коронавируса. Сначала она была вполне официально проанонсирована на осень, потом довольно неожиданно аннулирована (во всяком случае, я на протяжении двух недель ежедневно встречал в прессе высказывания специалистов в духе "вирус выдохся", "корона обезврежена", "опасность миновала", "второй волны не будет"). Однако сейчас третий или четвёртый день сообщается, что в Китае и некоторых других местах вторая волна уже началась. Похоже, эта пандемия носит ещё более договорной характер, чем казалось в самом начале, однако договорённости постоянно меняются. В такой ситуации чешское правительство сочло нужным заявить, что в случае прихода второй волны оно не станет ещё раз выключать экономику.

    В стране, в которой я живу, не было откровенного маразма вроде запретов на выход из дома, пропусков, графиков прогулок и т.д. и т.п. Дело свелось к закрытию границ, ношению масок в общественных местах и прекращению работы магазинов, ресторанов, школ, музеев и т.д. на срок от пяти до восьми недель. Сейчас почти всё это уже позади. Чрезвычайное положение было отменено ещё месяц назад, оставшиеся ограничения отменяются поэтапно, с таким же бюрократическим энтузиазмом, с каким вводились. Например, правительство может вполне серьёзно объявить, что с 00 часов 00 минут завтрашнего дня можно не носить маски в бассейнах (похоже, они думают, что кто-то их там носил; интересно, как они себе это представляют?). Примерно 24 часа спустя вирус слабеет настолько, что отныне клиенты могут садиться в холлах парикмахерских на все стулья подряд, а не через одно, как в предыдущие две недели. Ещё через несколько часов падает новый барьер, и становится можно проводить массовые мероприятия не для 500, а для 2 500 персон... Впрочем, когда власти придумывали какую-нибудь совсем уж идиотскую меру, народ отменял её явочным порядком. Например, после открытия парикмахерских их сотрудникам было предписано носить не только маски, но и щитки из оргстекла. Парикмахеры делали это ровно один день и на второй массово отказались исполнять предписание -  у одних начинала течь кровь из носа, а другие просто боялись отстричь клиенту ухо. На третий день правительство пожало плечами и сказало: "Ну не хотите - так и не надо. Работайте без щитков".

    Общее количество выявленных носителей коронавируса за всё время пандемии составило 10 361, количество умерших - 335 человек. При этом статистическое управление подчёркивает, что 60% из них умерли не от ковида, а с ковидом, т.е. количество погибших непосредственно от коронавируса не достигает и 150 (для сравнения: от рака за это время умерли около 7 000 больных). Объяснение причин столь феноменального успеха  в борьбе с моровым поветрием XXI века носит простодушно-швейковский характер: "Разрешите доложить, всё дело в том, что мы исправно носим маски. Даже в бассейнах". Кстати, для официантов обязанность работать в масках пока ещё сохраняется. "В затишьи" (или, если угодно, "В натюрморте") официанты одеты в чёрное, и маски у них тоже чёрные, так что в этом заведeнии вас обслуживают настоящие богемские нинзя, бесшумно передвигающиеся с тарелками и бутылками в руках на фоне чёрных обоев с металлизированным отблеском. Чума чумой, а стиль - превыше всего. В общем, чешские потери в маленькой победоносной войне с коронавирусом носят по преимуществу экономический характер. Общественный порядок, а также честь и психическое здоровье нации не пострадали. На этом фоне впечaтляют наши заокеанские кузены, сумевшие потерять от COVID'a-19 больше людей, чем в Первую мировую, и вышедшие из карантина при помощи бунта, грозящего перерасти во Вторую гражданскую войну. Но раз уж у американцев сейчас происходит что-то вроде Хрустальной Ночи наоборот, мы покинем зал "Вифлеем" и обсудим их дела в зале "Хрусталь".


                                               

                                                                                                       Зал "Хрусталь" в ресторане "V zátiší"

    Большинство пишущих об Америке рассматривает происходящее как массовый психоз, или как начало распада страны, или как цивилизационную катастрофу. Многие предсказывают этой стране судьбу ЮАР или Родезии. А уж сравнение Соединённых Штатов 2020 года с Российской империей 1905 года стало просто общим местом. Предполагается, что за 1905 последуют и 1917, и 1929, и 1937 со всеми их прелестями. Но это взгляд со стороны. Если посмотреть на ситуацию американскими глазами, не происходит ничего из ряда вон выходящего. Сейчас многие возмущены исключением из каталогов каких-то онлайн-кинотеатров классического фильма "Унесённые ветром". Если принять в расчёт инфляцию, кассовые сборы этой картины остаются непревзойдёнными до сего дня, то есть речь идёт ни много ни мало о самом популярном фильме всех времён. Однако я позволю себе напомнить, что среди восьми полученных "Унесёнными ветром" Оскаров был и один, заработанный Хэтти Макдэниел, исполнительницей роли Мамушки. Это был первый Оскар, доставшийся чернокожей исполнительнице. Но на премьере "Унесённых ветром" в Атланте Хэтти Макдэниел не было - по законам штата Джорджия она не имела права ни сидеть с белыми за одним столом, ни жить с ними в одной гостинице. Кларк Гейбл протестовал, он грозился бойкотировать премьеру, если туда не позовут Хэтти, но и это не помогло. Да что там премьера, даже на церемонии вручения Оскаров Макдэниэл сидела за отдельным столиком, а на последовавшую за церемонией вечеринку её не пригласили (хотя в частной жизни она дружила и с Кларком Гейблом, и с Бетт Дейвис, и с Генри Фондой, и с Рональдом Рейганом).

   В какие времена американское общество было более безумно - в 1940 году, когда Хэтти Макдэниел из-за своей расы не могла присутствовать на премьере собственного фильма, или в 2020, когда этот великий  фильм удаляют с различных сайтов из-за того, что раса Хэтти Макдэниел показана в нём без должного уважения? По-моему, Америка демонстрирует высочайший уровень расового абсурда с исключительной последовательностью. Соединённые Штаты с момента своего основания существуют в режиме крайнего, временами переходящего в буйное помешательство, расизма, и это не мешает им процветать. До семидесятых годов прошлого века в Америке царил белый расизм, в восьмидесятых воцарился чёрный. Помнится, в середине восьмидесятых, в самый канун перестройки, был забавный период - официальные советские СМИ ещё вещали что-то о белом расизме ("Свободу Анжеле Дэвис!" и всё такое), а из неофициальных источников мы уже знали, что расклад изменился в пользу чёрных расистов, и смеялись над органической неспособностью наших пропагандистов хоть иногда называть вещи своими именами. История Америки - это полтора века белого и полвека чёрного расизма. Со стороны и то, и другое, кажется полнейшей дикостью, но американцы как-то со всем этим живут, а Демократическая партия даже сделала чёрный расизм одним из краеугольных камней своей идеологии, и с чисто политической точки зрения действует на этом поле с большим успехом. В принципе, я даже понимаю, как это работает.

    Возьмём для примера Миннеаполис, где погиб порноактёр, грабитель и драгдилер Джордж Флойд, смерть которого послужила предлогом для бунта. Это настоящая витрина Демократической партии. Процветающий, привлекательный для инвесторов и мигрантов город с современной инфраструктурой (всегда особо подчёркивается наличие в Миннеаполисе великолепных велосипедных дорожек). В рейтинге городов с доступным жильём он занимает первое место. Белых в Миннеаполисе порядка 60%, чёрных - около 20%, ещё 20% приходится на латиносов и азиатов. В городском совете Миннеаполиса заседают тринадцать человек - двенадцать демократов и один зелёный. Среди двенадцати демократов двое чёрных, да не простых, а трансгендерных, и один индеец (увы, натурал). Мэр города, естественно, тоже демократ. Причём, если не ошибаюсь, это десятый подряд представитель Демпартии, занимающий пост миннеаполисского градоначальника. Всего же демократы контролируют Миннеаполис лет шестьдесят (кстати, штат Миннесота, в котором расположен Миннеаполис, в Конгрессе США представляет мусульманка, родившаяся в Сомали, т.е это нечто сверхпрогрессивное даже по строжайшим леволиберальным меркам). Как живут люди в эталонном городе демократов? Так же, как и везде. Белые - хорошо, чёрные - плохо.

  Доходы белых и чёрных миннеаполисцев отличаются более чем в два раза, и это один из самых высоких показателей в стране. Доля чёрных, владеющих собственным жильём, в Миннеаполисе самая низкая в Америке (и это в городе с самым доступным жильём). Полиция Миннеаполиса - это отдельная глава. То, что все мы видели на кадрах, запечатлевших смерть Флойда, для миннеаполисских полицейских вполне рутинная практика. Дело Флойда раскрутили в связи с приближающимися президентскими выборами, но вообще-то он стал пятым жителем Миннеаполиса, погибшим от рук полиции за последние два года (в городе около 400 тысяч жителей). В повседневной жизни обитатели белых и чёрных кварталов Миннеаполиса практически не пересекаются. Белые голосуют за демократов, потому что хорошо живут при их правлении. У них есть всё, что только можно пожелать, включая прекрасные велодорожки. Чёрные голосуют за демократов, потому что верят, что республиканцы - это страшные расисты, фашисты, супремасисты и прочая и прочая. Чтобы получить голоса чёрных, демократам достаточно нести какую-то чушь в пользу цветных, устраивать для них фестивали, создавать комитеты и комиссии по их делам и включать в свои избирательные списки некоторое количество сомалийцев и трансгендеров. Чёрные избиратели обходятся им в разы дешевле, чем белые.

    И если время от времени чёрные устраивают какой-то бунт, например, валят памятники Колумбу или требуют распустить полицию Миннеаполиса, демократов это вполне устраивает. Сохранение памятников и полицейских департаментов не является приоритетом функционеров Демпартии. Их приоритетом является сохранение власти Демпартии. И если партийные аналитики скажут им, что для успеха на выборах следует поцеловать негра в зад, они поцелуют негра в зад. Поставят вместо какого-нибудь поверженного Колумба или Вашингтона трёхметровую статую Джорджа Флойда из чёрного мрамора (с крыльями, как у Ники Самофракийской) и разработают церемониал её лобзания приводимыми к присяге чиновниками и полицейскими. Вы видели, как этот человек - Джейкоб Фрей, мэр Миннеаполиса - рыдал, стоя на одном колене и держась рукой за золотой гроб Джорджа Флойда? У меня было ощущение, что я смотрю комедию, в которой герой сотрясается от хохота и делает вид, что плачет. Джейкоб Фрей - еврей из хорошей семьи, родившийся в богатом предместье Вашингтона и перебравшийся в Миннесоту в поисках карьеры. Предыдущих четверых миннеаполисцев, убитых полиций за время его пребывания на посту мэра, он просто не заметил. A Джордж Флойд был отбросом общества по любым меркам, и чтобы начертать именно его имя на знамёнах чёрных, нужно совсем не считать их за людей. Похоже, самые безнадёжные расисты в этой стране - борцы с расизмом.

                                         

                              Музыкальная пауза. Специальный гость "Богемских манускриптов" Джейкоб Фрей скорбит у гроба Джорджа Флойда

     Такова сегодня политика Демократической партии Соединённых Штатов Америки. Только не надо ничего говорить о чести, гордости, патриотизме, здравом смысле и тому подобных вещах. Сама эта терминология в данном случае неуместна. Если бы эти люди знали, что такое честь, гордость или патриотизм, они были бы республиканцами (характерно, что за редчайшими исключениями нынешние беспорядки локализованы в городах, контролируемых демократами). Что же касается здравого смысла, то демократы находят свою политику впoлне успешной. Знаете, кого они мне напоминают? Чарльза Мэнсона, того самого, который в конце концов получил девять пожизненных сроков за убийство жены Романа Поланского Шарон Тэйт. В своё время он пытался устроить в США расовую войну. У Мэнсона была потрясающая идея: пусть радикальные чёрные, например Черные Пантеры или Нация Ислама, убьют всех белых мужчин, кроме него самого. Потом они выяснят, что не способны управлять сами собой, и обратятся к нему, дабы он их возглавил. Тогда он скажет им: "Работайте, ниггеры", и станет безраздельно править Америкой. Гений, как и все гуру подобного рода. Впрочем, если мы дошли до теоретического обоснования левой политики, нам стоит перейти в зал "Библиотека". Да, в ресторане "В затишьи" есть и такое помещение, самое укромное из всех. Обратите внимание на левую стену. Это не просто камни, это книги. Кстати, сейчас официанты, лица которых cкрыты за чёрными масками, приносят посетителям одноразовые меню в конвертах. Во время чумы надлежит пировать, соблюдая все меры предoсторожности.
                             

                                              

                                                                                                   Зал "Библиотека" в ресторане "V zátiší"


    Вы никогда не задумывались, почему за последние полстолетия, невзирая на все успехи левых, положение трудящихся практически не изменилось? В десятые-тридцатые годы прошлого века в более-менее развитых странах был введён восьмичасовой рабочий день, в пятидесятые-шестидесятые - пятидневная рабочая неделя... и на этом социальный прогресс остановился. С учётом постоянного роста ВВП, уровня технологий, производительности труда и вообще всего, что только может расти, подобный застой выглядит совершенно противоестественным. Одна из его причин - смена левой парадигмы, сопровождавшая упадок коммунистического движения и приход на его место новых левых. После 1968 года коммунист - это если и не фоcсилия, то реликт наподобие кистепёрой рыбы, а семейство новых левых поражает воображение наблюдателей разнообразием и динамикой видового развития. В шестидесятых даже до самых тупых левых стало доходить, что теория классовой борьбы и опора на пролетариат как на революционный класс - это чушь собачья. Более продвинутые, вроде Дьёрдя Лукача, поняли это на полвека раньше, во время гражданской войны в России; об основоположниках марксизма и говорить нечего - мошенники всегда знают цену своим теориям. Но в шестидесятых даже слепые наконец увидели, что пролетарии не считают себя угнетёнными и не намерены маяться дурью вроде "классовой борьбы". Рабочий, у которого есть центральное отопление, автомобиль и возможность провести отпуск на море, считает себя не эксплуатируемым, а баловнем судьбы. Потому что он видел "Клеопатру" и "Анжелику" и знает, что даже Цезарь и граф де Пейрак могли только мечтать о таких благах.

   Можно ли было и дальше улучшать социальные условия трудящихся? Да сколько угодно. Шестичасовой рабочий день, четырёхдневная неделя, двухмесячный оплачиваемый отпуск - любой каприз был бы исполнен, для этого есть все условия. Однако левых радикалов никогда не интересовало улучшение положения трудящихся. Их всегда интересовала революция, то есть уничтожение существующего порядка вещей и базирующейся на нём цивилизации. С точки зрения революционной целесообразности улучшение жизни людей - это стратегическое поражение, ибо оно убивает всякую надежду на успех революции. Наконец, левые пришли к выводу: раз борьба против эксплуатации ведёт только к укреплению капитализма, нужно перейти на другое поле и начать бороться за идентичность отверженных. Кажется, ключевую роль в смене левой стратегии сыграл Мишель Фуко, один из самых влиятельных мыслителей ХХ века. Некоторые авторы даже говорят о "революции Фуко", произошедшей в 70-х годах в левом движении. Этот бывший марксист и открытый гей порвал с французской компартией, помимо прочего, из-за её негативного отношения к гомосексуализму. Как теоретик, он занимался всеми мыслимыми маргинальными идентичностями и субкультурами, противопоставляя их принятым в обществе нормам, как практик - вечно участвовал в каких-то беспорядках и дрался с полицией плечом к плечу с протестующими против чего-то арабами.

       Сегодня на улицах французских городов арабы дерутся уже не с полицией, а с чеченцами. И если участники этих славных битв вдруг решат не только помириться, но жениться друг на друге, французское законодательство позволит им этом сделать. А если они пожелают усыновить трансгендерного негритёнка, для этого тоже не будет никаких препятствий. Разнообразнейшие идентичности расцвели ныне таким пышным цветом, что умершему в 1984 году Фуко и не снилось. У некоторых это создаёт иллюзию, что в Европе происходит то же самое, что и в США. Вроде бы в Старом Свете тоже бунтуют какие-то цветные, и им даже удалось снести три или четыре памятника. Но что для американцев историческая судьба, для европейцев - политическая игра. Поддержка левого экстремизма - это способ уничтожения конкурента в условиях, когда прямое военное столкновение с противником исключено, и официально он является союзником. Для любого левого бунта характерно открытое учaстие иностранцев в его организации (в Англии погромщиков учит правильно уничтожать статуи американская профессор искусствоведения, в Сиэтле на штурм мэрии толпу ведёт профессор непонятно чего, по основному роду занятий - троцкистка из Бомбея). В принципе, американцы проводят в отношении европейцев зеркальную политику, но куда менее успешно. Западные европейцы готовы десятилетиями терпеливо разыгрывать идиотский спектакль с мультикультурализмом, но делают они это в надежде, что Америка, идя таким же путём, угробит себя первой. После чего Европа автоматически возьмёт кассу. В мировом масштабе. Поэтому в Европе игра в революции позволена в строго отведённых рамках.

      Вчера Доминик Рааб, министр иностранных дел Соединённого Королевства от Консервативной партии (кстати, его отец был еврейским беженцем из Чехословакии, попавшим в Великобританию в 1938 году в возрасте шести лет) в ответ на предложение "выразить солидарность с протестующими" заявил, что может встать на одно колено только перед двумя людьми - перед своей королевой и перед женщиной, у которой просит руки и сердца. Дальше он пустился в рассуждения о том, что жесты солидарности и эмансипации выглядят совсем по-другому. Cудя по всему, "протестующие" заимствовали вставание на колени из сериала "Игра престолов", но совершенно не поняли его смысла. Это поза смирения и покорности... По-моему, так над американцами не издевался ещё никто. Что будет дальше, вполне понятно. В 2016 году ув. galkovsky написал: "Через пятьдесят лет в США приедет европейский экспедиционный корпус — помогать после серии дефолтов и гражданских войн спасать тех, кто остался. Объяснять им уже ничего не потребуется — люди не будут знать собственной истории, а помочь чего же не помочь? Выстроят в круг, запоют песни." Прошло всего четыре года. Как развивается реальность, вы видите. Американцы уже сейчас водят хороводы под там-тамы вокруг поверженных изваяний собственных национальных героев. Этим я не хочу сказать, что европейцам пора открывать шампанское. До этого ещё далеко. Но запасаться шампанским, в принципе, уже можно. Впрочем, если дело дошло до искристых напитков, нам пора взять свои бокалы и переместиться в зал "Шампань".


                                               

                                                                                                     Зал "Шампань" в ресторане "V zátiší"

        Мы были "V zátiší"  днём и заказали два ланча (консоме, судак со спаржей и молодой картошкой, "Павлова"), два кофе, два бокала белого вина и бутылку воды. Счёт составил 1500 kč или 58 € (я добавил к нему 200 крон). Разумеется, вечером здесь несколько иные цены, но и ужин в этом заведении обходится в среднем в 50-60 евро на человека. Если учесть, что  "В затишьи" (или, если угодно, "В натюрморте") - ресторан высокой кухни, включённый в мишленовский гид и занявший в 2019 году второе место среди богемских заведений категории люкс по версии трипэдвейзер, это на удивление мало. Однако вернёмся к нашей политике. Всё, что было сказано выше, касалось Западной Европы. Но я живу в Восточной. Её происходящее на Западе практически не затрагивает. Здесь, конечно, могут слегка подыграть западным европейцам, но совсем уж символически, чтобы не сказать пародийно.

   Например, в Праге тоже прошла демонстрация Black lives matter. В списке её организаторов было семь или восемь групп и движений, от зелёных до феминисток, и в общей сложности им удалось вывести на улицы человек триста. Из которые двести оказались живущими в Праге американцами разных цветов кожи. 4 июня на Староместкой площади был наконец восстановлен барочный марианский столп, разрушенный анархистами в 1918 году. 6 июня вокруг этого старого габсбургского символа собрались сторонники BLM. Постояли на одном коленe, полежали на спине и на животе. Подержали в руках плакаты на английском языке, повыступали друг перед другом (тоже по-английски). Разошлись. После чего левые интернет-издания вышли под заголовком: "Прага ясно даёт понять Америке: чёрные жизни важны!" Один чешский политик, имя которого вам вряд ли что-нибудь скажет, разместил в своём твиттере фотографию афроамериканца, кричавшего что-то перед зданием американского посольства, и снабдил её подписью: "Пану директору зоопарка следует проверить клетки с приматами".

                                                         

                                                 Твитт Петра Паульшинского, одного из основателей чешской гражданской демократической партии


       Люди в большинстве своём так увлечeны событиями на Западе, что совсем не обращают внимания на восточноевропейские новости. А жаль. Тут происходит масса любопытного. Польский президент заявил, что идеология ЛГБТ опаснее, чем большевизм (ранее он высказывался в том смысле, что геи и лесбиянки - не люди). "Международная амнистия" сообщила, что хорватская полиция подвергает ближневосточных беженцев, пытающихся пересечь границу страны, избиениям и пыткам. Венгерский премьер-министр произнёс речь по случаю столетней годовщины заключения Трианонского договора, в которой обвинил Запад в разрушении тысячелетних венгерских границ и пообещал, что венгры вернут себе утраченнoе, подобно тому как они освободили Будапешт, сто пятьдесят лет находившийся в руках турок. Это далеко не полный список новостей из Восточной Европы только за последнюю неделю. Здесь так живут, здесь так мыслят. Здесь готовы костьми лечь, но не допустить в свои страны афроазиатских беженцев, и единогласно посылают куда подальше Брюссель с его идеей квот. Здесь называют сумасшедшими норвежцев с их ювенальной юстицией. Здесь намерены топить углём, пока это выгодно, а партии зелёных дают на выборах полпроцента голосов. Здесь считают идиотизмом кампанию Me Too. Здесь в голос смеются над Безобразной Гретой. Здесь превращают в карнавал с масками борьбу с пандемией коронавируса. Здесь движение Black lives matter изображают в виде Гитлера (буквально).

                                                  
                                                                 

                                                                                  Обложка свежего номера полулярного чешского журнала "Reflex"


       Когда я рассказываю о таких вещах, кто-нибудь непременно говорит мне, что Восточая Европа недолго сможет оставаться собой и скоро падёт под давлением Запада. Я давно перестал обращать на это внимание. Даже 40 лет коммунистического режима практически никак не отразились на менталитете восточноевропейцев, а уж у нынешних чёрно-зелёно-голубых революционеров тем более нет шансов повлиять на этих людей. О наследниках Речи Посполитой мне говорить труднее, но потомков тех, к кому Франц-Иосиф обращался "мои народы", я знаю хорошо. Они могут красить волосы в зелёный цвет или слушать хип-хоп - это всего лишь вопрос моды. Стоит пообщаться с ними поближе, и окажется, что в 2020 году это те же самые люди, что и в 1980, 1930 или 1890. Разве что сексуально рaскрепощённые по сравнению с предками, но и это закономерно. В конце концов, Фрейд тоже был австро-венгром. Социокультурная матрица, созданная в старой дунайской монархии, оказалась несокрушимой. Благодаря этому в последние двадцать пять лет благословеннaя Богемия была идеальным местом для отстранённого наблюдения за всеми безумствами Запада и Востока. Полагаю, она останется такой же и в последующую четверть столетия. А зрелище обещает быть нескучным. Дамы и господа, судя по всему, нам собираются показать триллер. Возможно, величайший триллер всех времён.


                                   

.
Tags: bohemia, britannia, cogito, genius loci, pragensis civitas
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 259 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →