bohemicus (bohemicus) wrote,
bohemicus
bohemicus

Category:

Венский декадент в Чешском Крумлове.

  Побывать в самом сказочном из богемских городов стоит хотя бы ради того, чтобы убедиться, что в действительности улицы Крумлова выглядят как на рекламных проспектах турагентств, а не как на баснословно дорогих картинах Эгона Шиле.

 

                                               Obraz rakouského malíře Egona Schieleho Pohled na Český Krumlov                     

Эгон Шиле. "Вид на Чешский Крумлов". Продано в 2003 г. за 12 миллионов 700 тысяч фунтов стерлингов

                             
                        

                                                                                         Чешский Крумлов

  Уроженкой Крумлова была мать Эгона Шиле Мария Соукупова. Она принадлежала к чешскому меньшинству этого города, в то время совсем немногочисленному. Крумлов был населён по преимуществу немцами и носил название Крумнау. Отец Шиле Адольф работал начальником железнодорожной станции в австрийском городке Тульн. Там в 1890 г. и пришёл на свет Эгон. Адольф Шиле страдал душевной болезнью, по-видимому вызванной сифилисом, и умер довольно рано. Некоторые биографы Эгона Шиле задаются вопросом, не была ли его наследственность отягощена этим обстоятельством.

  Эгон провёл детство в окружении трёх своих сестёр. Часто пишут, что он был единственным сыном Адольфа. Это неточность. Tрое его братьев умерли во младенчестве. А самая старшая сестра Эльвира не дожила до десяти лет.

   Говорят, сёстры рассматривали его, как свою игрушку. Он рос в мире женщин, и их тайны не были для него тайнами. До конца своей жизни Эгон пытался воспроизвести атмосферу этого странного детства, окружая себя одновременно несколькими женщинами, часто совсем девочками. Hо кажется, самой большой его любовью так и осталась младшая сетра Гертруда, обычно называемая Герти.
 

                                   

                  Эгон Шиле. Автопортрет с палетой. 1905 г.                     Эгон Шиле. Портрет сестры Мелании. 1908 г.

  Когда Эгону было шестнадцать, а Герти двенадцать, он буквально похитил её и увёз в Триест, по маршруту свадебного путешествия их родителей, и провёл с ней ночь в отеле.

                            

                     Эгон Шиле. Автопортрет. 1910 г.                                 Эгон Шиле. Портрет сестры Герти. 1910 г.

  Эгон Шиле родился через год после того, как в замке Мейeрлинг были найдены мёртвыми кронпринц Рудольф и его семнадцатилетняя любовница баронесса Мария Вечера. При ретроспективном взгляде кажется, что вся культура поздней Австро-Венгрии была пропитана  эротизмом и темой смерти. И создавали её художники, разрывавшиеся между Эросом и Танатосом. 

  Георг Тракль, выдающийся поэт, которого называют двойником Шиле, жил в инцестной связи со своей сестрой Маргаритой и в конце концов лишил себя жизни, преднамеренно передозировавшись кокаином. Несколько лет спустя покончила с собой и Маргарита.

  Рихард Герстль, художник, которого порой считают единственным соперником Шиле в живописи, был влюблён в жену композитора Шёнберга Матильду и совершил самоубийство, когда та его отвергла.

  Оскар Кокошка, оставленный своей любовницей Альмой Малер (бывшей женой Густава Малера и коллекционершей славных мужчин), сделавшей от него аборт, ушёл добровольцем на фронт и был тяжело ранен в Галиции.

  Недаром Фрейд был их современником и соотечественником. Он располагал богатейшим материалом.

  Эгон Шиле стал кем-то вроде Фрейда живописи.
                                           
                                                                
                                                 

                                                                                               Эгон Шиле

  Когда в 1906 г. он приехал поступать в Венскую Академию, там не хотели верить, что его рисунки сделаны шестнадцатилетним юношей. Интересно, что экзамены у Шиле принимал профессор Христиан Грипенкерль, у которого год спустя провалился молодой человек по имени Адольф Гитлер.

  Когда работы Шиле показали Густаву Климту и спросили, есть ли у автора талант, тот ответил: "У него слишком много таланта"

  В ранний период Шиле подражал Климту. Но очень скоро у него появилась собственная манера. В моду как раз входил экспрессионизм, словно созданный для Шиле.

  У него есть и пейзажи, и натюрморты. Запечатлённая на них природа мертва.                                                                                

                                          

                                                                               Эгон Шиле. Осенние деревья. 1911 г.
 
                                   

                                               Эгон Шиле. Увядшие подсолнухи. 1914 г. Продано в 2006 г. за 11 миллионов 800 тысяч фунтов.

  Он умел передать эмоции.


                                       

                                              Эгон Шиле. Мать и дитя. 1912 г. Продано в 2008 г. за 2 миллиона 900 тысяч фунтов.

И любил изображать смерть.

                                        

                                                                                 Эгон Шиле. Девушка и смерть, 1916 г.

  Он много рисовал женщин, часто обнажённых. Некоторые из его натурщиц были явно слишком юными для подобного позирования. Один из посвящённых Шиле романов носит название "Венский порнограф". Это не случайно. У него действительно есть работы, выложить которые мне не позволили бы соображения нравственности. 

                       

                 Стоящая девушка, 1910 г.                                Две девушки в переплетённой позе, 1915 г. 


  Но самое неожиданное в творчестве Шиле - серия "Мёртвый город". Таким он увидел Чешский Крумлов.

 

                                        

                     Мёртвый город, 1911 г.                                                    Дома и крыши Чешского Крумлова, 1911 г.

 

                       

                                                              Дома и крыши Чешского Крумлова. Вид с вертолёта.

 Он находил образы смерти повсюду, даже там, где их не видел никто другой. При этом в частных письмах Шиле утверждал, что оставил Вену, потому что это чёрный город, где все ему завидуют, и переселился в Крумлов из-за его солнца, зелени, воздуха и великолепной природы. По картинам можно было бы сделать вывод, что Шиле был мрачным и депрессивным типом. Ничего подобного. Современники описывали его как весельчака и жизнелюба, любителя изысканно одеться и хорошо провести время.
 
  В Крумлов разочаровавшийся в Вене Шиле переехал в 1910 г. Его сопровождала семнадцатилетняя Валли Нойцель, бывшая прежде натурщицей и любовницей Климта. А также Эрвин Доминик Оссен, мим, сценограф и театральный художник, крайне эксцентричный молодой человек, тоже приехавший со своей подругой.

  Отношения внутри этой четвёрки были загадкой для жителей семитысячного городка. В местное общество наши герои очевидно не вписывались. О них ходили самые невероятные слухи, выдвигались скандальные обвинения вроде похищения детей и совращения малолетних. Кончилось тем, что крумловчане составили петицию с требованием выдворить декадентов из города. Говорят, её подписало всё население Крумлова.

                                

                                 Портрет Осена, 1910 г.                                                     Портрет Валли, 1912 г. 

  Впоследствии, уже после изгнания из Крумлова, Шиле арестовывался по подозрению в растлении малолетних и распространении порнографии. Обвинения в растлении были сняты, но один его рисунок был торжественно сожжён как безнравственный. Он получил три дня тюрьмы.

  В 1915 г. Шиле познакомился с сёстрами Адель и Эдит Хармс. И не мог между ними выбрать. Наконец, он женился на Эдит, но продолжал рисовать их обеих. Шиле обожал рисовать женщин в чулках разных цветов - чёрных, красных, зелёных. На одной из подобных картин, "Женщина в сиреневых чулках", запечатлена Адель, сестра его жены. Перед свадьбой, расставаясь с Валли Нойцель, он предложил своей натурщице ежегодно проводить вместе отпуск. Без Эдит. Валли предпочла уйти санитаркой в военный госпиталь. 
                         

                                 schiele

                                Эгон Шиле. Женщина в сиреневых чулках. 1917 г. Продано в 2008 г. за 4 миллиона 800 тысяч фунтов.


  Через четыря дня после свадьбы Шиле мобилизовали. Он сначала охранял русских пленных, потом служил на продовольственном складе. Слава его неизменно росла на протяжении всей войны. Его картины хорошо продавались, он стал состоятельным человеком. В 1918 г. Австро-Венгрия организовала имиджевую пиар-кампанию в нейтральных странах. В её рамках в Швеции, Дании и Голландии прошли выставки современного австрийского искусства. Работы Шиле пользовались огромным успехом...

  А потом участники этой истории умерли.

  На Рождество 1917 г. в военном госпитале в Далмации от скарлатины скончалась Валли Нойцель, муза двух великих художников, Климта и Шиле.

  В феврале 1918 не стало и Климта. Кровоизлияние в мозг. Шиле оказался в положении величайшего из австрийских живописцев. Не надолго.

  28 октября Австро-Венгрия объявила о прекращении огня без предварительных условий. Это был конец империи.

  В тот же день не стало Эдит Шиле. Её скосил испанский грипп, эпидемия которого охватила Европу. Она была на шестом месяце беременности. На одной из свои последних картин Шиле изобразил их втроём - себя, Эдит и ещё не рождённое дитя.

                                                 Эгон Шиле: грязный порнограф или чистый идеалист

                                                                                                 Эгон Шиле. Семья. 1918 г.

  Он пережил Эдит на три дня. Причиной смерти стала всё та же испанка.  Перед смертью Эгон Шиле оставил записку, полную уверенности, что потомки будут ценить его талант исключительно высоко. Он успел создать около трёхсот картин и трёх тысяч рисунков.

  Ему было 28 лет. 

                                                                        

                                                                                                        Эгон Шиле
 

  В этом году в Чешском Крумлове проходит выставка, приуроченная к стодвадцатилетию со дня его рождения.

  Я ехал в Крумлов с намерением побывать в замке и в галерее. В замке побывал, в галерее - нет.

  Находившись по покоям замка и улицам Крумлова, я добрался до галереи и понял, что не войду вовнутрь. Причин тому было две. Во-первых, из нас четверых Шиле, судя по всему, всерьёз интересовал только меня. Во-вторых, этот город оказался настолько живым, а день выдался такой солнечный, что думать о мёртвом художнике из погибшей империи, рисовавшем смерть, не хотелось даже мне.

  Мы уселись за столиком в одном из ресторанов на берегу Влтавы. Вoт это место:
                        

                          



                          

  Второй снимок сделан через бойницу крепостной стены, ведущей к замку. Если же смотреть с противоположного берега, оттуда, где мы сидели, то сама эта стена выглядит так:
                                                      

                          

   Мы сидели за столом из грубого дерева, ели штрудель, который там подаётся горячим с двумя шариками мороженого, и запивали его кофе из пузатых глиняных кружек. Каждыe пять минут по реке проносились любители экстремального спорта на лодках всевозможных видов. Влтава в этом месте делает крутой поворот, и как раз на повороте лодки проходят порог. Течение там бурное, а порог довольно высокий, так что большинство сплавляющихся с визгом переворачивалось, чем вызывало оживлённую реакцию туристов.

  В этот день я сбросил усталость, накопившуюся за много недель.

  Шиле и его друзья, ровно сто лет назад пытавшиеся поселиться в этом городе и не прижившиеся в нём, были очарованы Эросом и одержимы Танатосом. Но в последующие сто лет Эроса было хоть отбавляй, а от Танатоса просто деваться некуда. Зато слишком часто не хватало Штруделя.

  Я конечно побываю в музее Шиле. Hе на этой выставке, так на следующей. Возможно, я приеду в Крумлов зимой. Говорят, он неподражаем, когда покрыт снегом. Но в этот день мне было не до Шиле.

  Где-то в глубине души я всегда считал величайшим из философов Эпикура. Думаю, он тоже выбрал бы штрудель.
 

Tags: bohemia, felix austria, genius loci
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 49 comments