bohemicus (bohemicus) wrote,
bohemicus
bohemicus

Categories:

Обитель угнетённых

   Если вы угнетены какой-либо империей и боретесь за национальное освобождение, не спешите побеждать. Сначала воспользуйтесь возможностью построить всё, что понадобится вашим потомкам в ближайшие лет 200 или 300, потому что после обретения независимости вы уже никогда не построите ничего стóящего. Во всяком случае, до тех пор, пока вас не завоюет какая-нибудь другая империя.

   Жители благословенной Богемии известны своей предусмотрительностью. Изнывая под австрийским гнётом, они построили у себя в столице Пражский Град, Национальный музей, Национальный театр, статуи Карлова моста, Шварценбергский дворец и ансамбль Староместской площади. И лишь удостоверившись, что их потомки не будут испытывать недостатка ни в архитeктурных шедеврах мирового значения, ни в золотоносных туристических объектах, патриоты приступили к борьбе.

   Солидные угнетённые всегда борются в комфортe. Чехи в габсбургской империи были угнетёнными категории A и боролись в роскоши. В 1912 годy в Праге былa воздвигнутa обитель угнетённых - великолепнoe зданиe в стиле ар-нуво, известное под названием Репрезентативный (ныне - Муниципальный) дом. Здесь, на бастионе свободы, чешские патриоты собирались, чтобы заседать в чешских клубах, декламировать чешские стихи, петь чешские песни и сражаться за свободу всеми другими доступными средствами.

   Само собой разумеется, что обитель свободы должна быть и гастрономическим раем. Серьёзные угнетённые никогда не вступают в борьбу, предварительно не подкрепившись. Поэтому я избрал Муниципальный дом местом празднования своего сорок шестого дня рождения. Вас удивляет, что я об этом пишу? Значит, вы читаете "Богемские манускрипты" совсем недавно. Каждый год 29 октября здесь появляется pесторанная критика.

 

                          
           Прибежище угнетённых - Муниципальный дом. Свобода достойна того, чтобы бороться за неё в роскоши.


   

                Зал Сметаны Муниципального дома. Здесь угнетённые слушали патриотическую музыку.


   

                 Приматорский зал Муниципального дома. Здесь боролись за независимость угнетённые VIP-класса


   В 1918 году  борьба чешских патриотов за национальное освобождение увенчалась успехом. В Вашингтоне доктор Масарик провозгласил независимость Чехословакии. В Панском клубе Репрезентативного дома его поддержали. В честь этого события в клубе установлена мемориальная доска, текст которой заслуживает быть приведённым полностью:

   В этом зале чешского Панского клуба, где с первого дня мировой войны в дружеском сообществе членов сосредоточились чешская воля, чешская боль, чешское неповиновение и чешская вера, между VIII и IX часами вечера славного дня нашей истории 28 октября MCMXVIII бывшие императорские и королевские австрийские вооружённые силы были подчинены 8 армейскому корпусу Национального комитета

      Перечень чувств, с первого дня войны сосредоточившихся в дружеском сообществе членов Панского  клуба, весьма занимателен. Я решил попробовать на вкус и чешскую волю, и чешскую веру, и чешское неповиновение. Благо, в Муниципальном доме можно найти по одному заведению на каждое чувство. Дегустация началась с веры. Это чувство укрыто глубоко в недрах Муниципального дома, но я знал, где его искать. Если кто-нибудь из вас захочет повторить мой гурманский тур по чешским чувствам, ему нужно будет, пройдя вестибюль, спуститься вот по этой лестнице:


  


    Внизу перед его взором предстанет

                                                    АМЕРИКАНСКИЙ БАР, ИЛИ ЧЕШСКAЯ ВЕРA

     В 1912 году чехи верили в прогресс, равноправие и Америку. Их вера материализовалась в Американском баре, копировавшем чикагские образцы заведений подобного рода (или, во всяком случае, так принято считать). Американский бар называют самым старым коктейль-баром в Праге и вторым по возрасту - в Европе. Континентальное первенство признаётся за открывшимся на несколько месяцев раньше Harry's Bar'ом в Париже Впрочем, не удивлюсь, если окажется, что в других странах есть свои претенденты на статус старейшего коктейль-бара Старого Света. Американский бар был невероятно прогрессивен - в 1912 году он стал первым в благословенной Богемии питейным заведением, куда женщины могли приходить без сопровождения мужчин.

   Интерьер бара сегодня точно такой же, что и сто лет назад. Если бы я не знал, что его скрупулёзно восстановили по старым фотографиям, то поверил бы, что он сохранился с 1912 года. Это небольшое овальное помещение, стены которого метра на полтора от пола покрыты чёрной плиткой. Вдоль стен стоят чёрные кожаные диванчики и столики со стульями. Барная стойка изготовлена из чёрного мрамора. Невозможно не обратить внимание на люстру работы Франтишека Кржижека. В отличие от мебели, это оригинал эпохи ар-нуво.


   

    Выбор напитков в Американском баре способен удовлетворить самый взыскательный вкус. Цена на большинство коктейлей находится в диапазоне от 130 до 200 крон. Но если вы хотите истратить неприлично высокую сумму, к Вашим услугам коньяк стоимостью 4 990 крон за 50 гр. (курс сейчас - около 28 kč за 1 €). Мы заказали Тома Коллинза и Маргариту. Классические коктейли - классический вкус. Том Коллинз был безупречен. Маргарита - тоже весьма недурна, но я ожидал, что к текиловому коктейлю мне подадут дольку лайма или лимона. Увы, хотя край бокала был украшен солью, цитрусовые отсутствовали. Осталось ощущение незавеpшённости процесса, плохо подходящее к столь исторически значимому и обладающему богатой традицией заведению.

    Допив свои коктейли, мы вышли из бара через левую дверь. Ту самую, что видна на фотографии бара. Перед нами открылся другой мир -

                                                    ПЛЬЗЕНЬСКИЙ РЕСТОРАН, ИЛИ ЧЕШСКОЕ НЕПОВИНОВЕНИЕ

   Чехи чутко улавливают культурные тренды и непринуждённо следуют им. Сегодня это самая атеистическая нация мира. И одна из самых толерантных. Для чехов гей-парад - это прикольное мероприятие, возглавляемое толстыми социал-демократическими политиками, чинно вышагивающими под радужными флагами вместе со своими жёнами и детьми. Чехи необычайно легко приспосабливаются к любым переменам политического характера. Геополитического, впрочем, тоже. Чехию не так уж трудно оккупировать. Некоторые пробовали - получилось. Наконец, в истории этого народа был период, когда он практически забыл свой язык и перешёл на немецкий. А потом опять выучил чешский и забыл немецкий. Без напряжения. Словом, постороннему наблюдателю может показаться, что чешская пластичность не знает границ.

    И он ошибётся. Чешское неповиновение, а также упорство, непреклонность и фанатизм сосредоточены вокруг национальной кухни. Невозможно заставить чехов отказаться хотя бы от одного привычного блюда. Да что там отказаться, хотя бы чуть-чуть изменить рецептуру невозможно. Слова "бабушкин рецепт" звучат для чешского уха как "Аллах акбар!" для исламистского.

   В 1989 году в Муниципальном доме состоялись переговоры между бархатными революционерами и изнурёнными бременем власти коммунистами, в результате чего режим пал. Угасшее было солнце свободы опять воссияло. Только что появилась актуальная статистика. За 25 лет без красных реальная заработная плата в Чехии выросла на 52%. За четверть века изменилось всё - стандарты потребления, образ жизни, трудовые отношения, способы проведения досуга, нормы сексуального поведения. Но шницель с картофельным салатом и утка с красной капустой стоят, как скала. Позиция кнедликов непоколебима.


      


    Пльзеньский ресторан Муниципального дома - это место, где едят чешскую еду и пьют чешское пиво в чешском интерьере. Обычно я не пью пива. Ну, может быть, три или четыре кружки в год. А уж пльзеньское не пил лет десять, не меньше. Но в таком месте не задумываясь заказал кружку (моя спутница предпочла английский сидр). Я выбрал картофельный суп с грибами и гуляш. Дама моего сердца - ягнячье колено. И знаете, мне показалось, что в пиве, если пить его под гуляш с кнедликами, что-то есть. Наверное, в таком месте всем так кажется.

   Суп был хорош, колено - тоже. Эталонами этих блюд я считаю картофельный суп с грибами, который готовят в ресторане "Дачицкий" в Кутной Горе, и ягнячье колено, подаваемое в "Ратушном погребке" в Литомержице. Если принять их вкус за стопроцентный, то суп в Пльзеньском ресторане потянет процентов на 95, а колено - на 90. Это очень высокий уровень. Что касается гуляша, то и к его вкусу у меня нет никаких претензий, но я не могу не отметить, что сверху мясо было украшено половиной жареной колбаски. Я понимаю, что это делается для туристов, желающих попробовать и гуляш, и колбаску, но такой подход вызывает улыбку. В целом же менеджмент Пльзеньского ресторана заслуживает восхищения. В этом заведении может разместиться до 500 человек, и там способны накормить всех разом без снижения качества.

   Однако нам уже было пора покинуть ресторан и идти нaверх, туда, где находится


                                                                                                КАФЕ, ИЛИ ЧЕШСКАЯ ВОЛЯ

   Свобода в данном случае ни при чём. У слова vůle в чешском языке только одно значение - желание. А желают чехи пить кофе. Разумеется, они пьют пиво, но это не считается. Пить пиво для чехов - это не желание, а естественный процесс. Примерно как дышать воздухом. Осознанная воля нации сосредоточена на кофе. Чехи пьют кофе всегда, везде и при любых обстоятельствах. Некоторые из них иногда пьют чай. Но выпив чаю, они способны тут же выпить кофе. Для них это совершенно разные вещи. Я знаю довольно много чехов, умеющих пить кофе перед сном. Кофеин не мешает им уснуть. Но проснувшись, они первым делом пьют кофе. Чтобы взбодриться. Однако охотнее всего чехи пьют кофе в кафе.


     

   В интерьере кафе Муниципального дома, помимо люстр Кржижека, заслуживает внимания фонтан с рельефом Нимфы работы Пекарека. Бóльшая часть мебели и оборудования в этом заведении служит его гостям уже сто лет. Недостающие элементы были воссозданы в конце прошлого века. Их невозможно отличить от оригиналов.

   Мы заказали по чашке эспрессо, по куску тортa "Захер" и по рюмке ликёра. Кофе был великолепен. Что касается торта, то он напоминал скорее брауни, чем "Захер". Это нас не удивило. Под названием "Захер" во всём мире может скрываться всё, что угодно, а за настоящим венским "Захером" по-прежнему лучше ехать в Вену.

   Кстати, если бы кто-нибудь хотел позавтракать, пообедать или поужинать в Муниципальном доме, ему совсем не обязательно спускаться в Пльзеньский ресторан. В кафе подают и горячие блюда. Причём не добавляют в гуляш пол-колбаски. Цены в двух заведениях примерно одинаковы.

   Познав веру, неповиновение и волю, мы засобирались домой. Общие расходы на пребывание в обители угнетённых составили около 1 700 крон, включая чаевые.

    - А как же боль? - спросите вы. На это я отвечу, что в Муниципальном доме есть ещё одно заведение - французский ресторан "Ар-нуво". Кафе и ресторан расположены друг напротив друга. Кафе - налево от главного входа, "Ар-нуво" - направо. И это глубоко символично. Хотя их интерьеры почти идентичны, "Ар-нуво" - заведение совсем иного класса. Кафе демократично, ресторан эксклюзивен.

   Может быть, при случае я опишу и "Ар-нуво". Пока же на всякий случай предупрежу всех, кто захочeт туда пойти, что цены в этом заведении при сопоставлении с чешскими зарплатами вызывают боль. Или, если угодно, чешские зарплаты вызывают боль на фоне цен в "Ар-нуво".

    Впрочем, беспечных русских бродяг такие вещи никогда не смущали.



Tags: genius loci, pragensis civitas
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 457 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →